Шведовский Ф.В.

"Сутра о Нирване" толкование японского буддийского мастера Нитирена

Диссертация
на соискание ученой степени
кандидата исторических наук

Научный руководитель
доктор филологических наук Григорьева Т. П.

Москва, 2004 г.

ВВЕДЕНИЕ

«Сутра о Великой Нирване[1]», или «Махапаринирвана-сутра», не становилась предметом полномасштабного исследования ни для одного российского буддолога.

Согласно А.Н. Игнатовичу, «Великая (так переводится с санскрита слово «маха»)
Сутра Об Освобождении», большая сутра, содержащая описание перехода Будды в паринирвану и многие положения его учения. Существует две санскритские версии этой сутры: 1-я принадлежит школе сарвастивадинов и является переводом палийского текста; 2-я была написана на санскрите и много раз переводилась на китайский язык (впервые в 423 г. Дхармаракшей). Иногда ее называют «Сутрой о рае». Полностью отличается от палийского аналога «Махапариниббана-сутты». Санскритский оригинал не сохранился. Существует легенда, что он находился в одном из храмов Паталипутры — столицы империи Ашоки, который хотя и жил до исторического становления Махаяны, строил государственную политику уже по ее (а не современной ему Хинаяны) принципам (что доказывает тайную передачу Махаяны по линии преемственности, идущей напрямую от Будды Шакьямуни, а не от Нагарджуны, который считается историческим родоначальником Махаяны). Согласно традиции, в сутре запечатлена последняя проповедь Будды Шакьямуни в этой земной жизни, в которой утверждается, что Будда в Теле Дхармы вечен и что каждое живое существо, даже самое греховное, изначально обладает «природой» будды и поэтому может стать буддой. Идеологи школы Тяньтай и ее преемниц в Японии называли эту проповедь Шакьямуни«подтверждающей», поскольку Будда подтвердил в ней сокровенные истины, открытые в «Лотосовой сутре»

Из научных исследователей Сутры можно выделить Адама Пергамента, сделавшего в апреле 2001 года доклад на Конференции Американской Академии Религии в Сент-Пауле, озаглавленный «Махаянская Махапаринирвана-сутра: доктринальное развитие в китайском буддизме Ляньской династии».

Отметим также доктора Дан Люстхауза[2], который пытается проследить путь «Махапаринирвана-сутры» в Китай в своей работе «Критическое [исследование] буддизма и возвращение к истокам». По его мнению, Сутра эта, как и «Аватамсака-сутра», пришла в Китай не напрямую из Индии, а из Центральной Азии. Само по себе это утверждение не является открытием: об этом упоминают сами китайские переводчики. Однако доктор Люстхауз находит, что центрально-азиатская версия Сутры оказала влияние не только на появившуюся позднее китайскую, но и на более поздние санскритские версии. Он заключает, что именно это стало причиной различных по существу переводов Сутры на китайский, породивших споры об иччхантиках[3].

Фундаментальная значимость этой Сутры неоднократно подчеркивалась такими древними мастерами, как Тяньтай (Чжи И, VI век, Китай) и Нитирэн (XIII век, Япония). А также большой интерес представляет работа Ашвагоши «Махаяна-шратхотпада-шастра» («Трактат о пробуждении веры в Великую Колесницу), переведенный Е.А. Торчиновым.

Такую малоизученность «Махапаринирвана-сутры» в современной буддологии можно объяснить огромным объемом не только ее физического, но и теоретического «тела».

Конечно, это не самый большой буддийский текст. Стоит упомянуть хотя бы Сутру о Величии Цветка, или Аватамсака-сутру, которая также практически не изучалась в отечественной буддологии. Вообще тексты Махаяны еще ждут своих переводчи­ков на русский язык. Говорим не о расплодившихся переводах дзэн-буддийских и тибетских источников и комментариев к ним (при всем нашем уважении к тибетской традиции и традиции дзэн), но об оригинальных текстах c китайского или санскрита, подобных переводам Г.М. Бонгарда-Левина, и принадлежащих[4] Будде Шакьямуни.

На данный момент, фундаментальными переводами и, вместе с тем, исследованиями (и постольку — поскольку переводами; которые фундаментальны постольку, поскольку их комментатор­ский аппарат оказывается исследованиями) являются, на наш взгляд, «Алмазная сутра», донесенная до русскоязычного читателя несколькими переводчиками, и «Сутра о Цветке Лотоса Чудесной Дхармы», переведенная сначала частично — Л.Н. Меньшиковым, и — совсем недавно, три года назад — полностью, А.Н. Игнатовичем. Причем, перевод Игнатовича является наиболее фундаментальным переводом, а вместе с комментаторским аппаратом и словарем — энциклопедией буддизма, каких не было еще за всю историю отечественной буддологии.

Такая ситуация малоизученности «Махапаринирвана-сутры», с одной стороны, и основательнейшим образом возделанного поля Лотосовой сутры — с другой, — дает автору диссертации особые возможности для творческого подхода. Ибо «Лотосовая сутра», согласно традиции школ, ее исповедующих, является основой «Сутры о Великой Нирване». Потому автор диссертации берет ее за основу в своем изучении идей «Махапаринирвана-сутры».

Дхармаракша (385-433) приблизительно в 416-423 гг. перевел «Махапаринирвана-сутру» на классический китайский язык (санскритского оригинала Сутры не сохранилось, за исключением фрагментарных страниц, которые хранятся в Японии, Англии и России). Начать хотя бы с драматичности и скорее даже трагичности судьбы самого Дхармаракши.

В предисловии к Сутре Косё Ямамото пишет, что Дхармаракша родился в семье брахмана в Центральной Индии. У него был очень ясный ум. Сначала он изучал буддизм традиции Тхеравада. Но позже познакомился с буддизмом Махаяны, прочитав махаянский вариант Сутры о Нирване (существует две версии Сутры — тхеравадинская и махаянская, причем последняя по своему объему раз в пять превосходит первую). Когда Дхармаракше было двадцать лет, он отправился в Кашмир. Но там были только тхеравадинские монастыри, которые он, после прочтения махаянской сутры, решил оставить, поняв, что Тхеравада — это действительно Хинаяна (Малая Колесница) по сравнению с Махаяной (Большой Колесницей). Дхармаракша пересек горы Каракорум и пришел в Китайский Туркестан. Из Кучи он путешествовал до Шаншаня, оттуда — до Дунхуана[5], где прожил много лет. В 412 году Дхармаракша прибыл в государство Хокурё (это его название в японской транслитерации), которым правил Мосон, под чьим покровительством он и перевел с санскрита на китайский язык 19 книг, одной из которых и была «Махапаринирвана-сутра». Однако драма заключалась в том, что у Дхармаракши на руках был неполный текст Сутры. Чтобы завершить гигантскую работу по ее переводу, он возвратился в Индию, и как раз тогда умерла его мать. Дхармаракша пробыл в Индии больше года. В Хотане ему удалось раздобыть недостающую часть Сутры, и он вернулся в Китай, к тому же императору, и за 10 лет завершил перевод. Однако император соседнего государства Вэй хотел, чтобы Дхармаракша своим переводом прославил именно его страну. Император, которому подчинялось Хокурё, испугавшись реалистичности планов соседа, вероломно послал Дхармаракшу обратно в Индию, а за ним — своих людей, которые убили монаха-переводчика... Таким образом последняя часть Сутры была утрачена, ибо Дхармаракша всегда носил ее тяжелые свитки с собой...

Цель работы состоит в том, чтобы, исходя из семантического изучения «Махапаринирвана-сутры», анализа изложенного в ней буддийского мировоззрения и основанной на нем буддийской практики, как прошлого, так и в наши дни, раскрыть концептуальное содержание, выделить существенное ядро и основные идеи учения о Великой Нирване, а также его роль и значение в японском буддизме XIII века и в современности, когда направление «Лотосовой Сутры» (как источника и первоосновы «Махапаринирвана-сутры») перестало восприниматься как нечто специфически японское и нашло немало последователей во всем мире и — особенно много монахов в бывшем СССР[6].

Достижение данной цели включает в себя решение следующих задач:
— дать анализ основ буддийского мировоззрения, опираясь на исследование его доктринальных истоков в махаянском направлении;
— показать, какое влияние оказало учение «Махапаринирвана-сутры» на складывание мировоззрения учителей школы «Лотосовой Сутры»;
— на основе текстологического, религиоведческого и культурологического анализа, а также сравнения с «Лотосовой Сутрой» и, эпизодически, другими учениями Будды Шакьямуни, — вскрыть внутреннюю структуру текстов «Махапаринирвана-сутры», сделав их объектом концептуального осмысления;
— выявить специфику «Махапаринирвана-сутры» в общебуддийском контексте.
— дать перевод на русский язык ключевых для данной темы глав Сутры.

В.Е. Еремеев в своей «Истории буддизма» пишет, что в «Сутре великой конечной нирваны» («Махапаринирвана-сутра») рассказывается, как Будда совершал медитацию перед уходом их этого мира. Вначале он прошел четыре
рупа дхьяны[7], конкретное наименование которых в тексте не указывается. Затем, пройдя четыре арупа самапатти[8], вошел в пятое состояние — «невозникновение постижения-восприятия» (санджня-ведана-ниродха). После этого Будда спустился до первой арупа дхьяны[9], а затем вновь стал подниматься по ступеням медитации. Пройдя четвертую рупа дхьяну, он испустил дух. После ухода из нашего мира Будда достиг конечной (пари) нирваны. В некотором смысле все четыре арупа самапатти и следующая ниродха самапатти [10] являются нирваническими. Но если говорить о конечной нирване, то ей должен соответствовать более высокий уровень, который в некоторых школах называли «медитацией на дхармичности[11]» (дхармадхатусамапатти).

Это рассуждение призвано показать, что
сам уход в нирвану является медитацией, то есть размышлением, или исследованием[12]. Говоря обобщающе, диссертация (что переводится с латинского как «рассуждение, исследование») о Великой Нирване, — это не просто абстрактное, отвлеченное рассуждение, но непосредственное переживание той самой (на том доступном обычному человеку, каким является автор, уровне) медитации, в какую погрузился Будда Шакьямуни.

Приведем еще одну цитату из Будона Ринчендуба: «Согласно хинаянистам, вечером (Будда) подчинил Мару Чувственного Желания (Дэвапутра-мару). На рассвете силой сосредоточенного транса, называемого
подобный молнии, Он победил Демона Нравственного осквернения (Клеша-мару). Когда Мара попросил Будду уйти в нирвану, Владыка сказал, что Он не может уйти, пока не осуществит блага четырех видов сторонников. Таким образом, некоторые говорят, что Он победил Мару Смерти (Мритью-адхзипати-мару). Некоторые придерживаются того мнения, что Он подчинил Мару, властвующего над пятью группами элементов [Скандха-мару] в то время, когда Он практиковал аскетизм (то есть когда обрел Просветление — Ф.Ш.). Другие утверждают, что Он победил Мару Смерти и того, кто властвует над группами элементов, после достижения нирваны. Теперь (мы знаем, что) в бамбуковой роще Он соблюдал летний пост и в то же время показал, как следует придерживаться суровых и строгих обрядов. После того, будучи упрашиваем Марой, Он пресек силу времени жизни и овладел силами жизни. Ясно, что посредством этого Он победил Владыку Смерти и Мару, властвующего над группами элементов соответственно. (…) Будучи исполнен сострадания к тем, кто должен быть обращенным, Он произнес благословение, (через которое Он явил свое господство над силами жизни). Для того, чтобы показать, что Он имеет власть над смертью, Он отверг (силу времени жизни). И для того, чтобы продемонстрировать власть над группами элементов, Он овладел жизненными силами. Это должно быть принято фактически.

Согласно махаянистам, (Будда) победил четырех Мар одновременно, так как говорится: «Разве не достиг Просветления и тем самым не победил Четырех Мар?» [16].

Приведенная цитата показывает, насколько для самого Будды медитация перед уходом в нирвану была не отвлеченным размышлением, а самым настоящим испытанием всего его Просветленного Существа. Будучи Просветленным, Оно не переставало подвергаться испытаниям — таков характер Истинного Просветления!

Логично, что и автор писал диссертацию не как отвлеченное научное исследование, а как переживание (пускай и на своем уровне) того, что испытывал Будда, когда вступал в Великую Нирвану[13]. В процессе работы над Махапиринирвана-сутрой было предпринято — благодаря духовному Учителю нашей сангхи, достопочтенному Дзюнсэю Тэрасаве[14] — полуторамесячное пешее паломничество по индийской глубинке, повторившее последний путь Будды, который он, вместе со своими учениками, проделал к тому месту, где произнес «Махапаринирвана-сутру» и вступил в Махапаринирвану.

Такое паломничество[15] — за последние пару столетий уж точно! — еще никто из европейцев не совершал и не описывал (Из не-европейцев описал китайский монах Сюань Цзан.).

Вообще автор сомневается в необходимости собирания всего, что было кем-либо сказано о «Махапаринирвана-сутре» или о нирване в целом. Истинное размышление не заботится о том, будет ли оно оригинально или повторит случайно чью-либо мысль. Будда в «Лотосовой сутре» во 2-й главе говорит: все, что он проповедует, уже проповедовали до него предыдущие Будды. Важно точно вспомнить. А ведь и Платон говорил: познание есть на самом деле воспоминание.

Фактом своего появления на свет данное исследование знаменует научную новизну, поскольку никто еще не брался за рассмотрение всего «теоретического тела» «Махапаринирвана-сутры», — хотя мы не можем не признать, а также будем использовать в качестве опорных ориентиров тот мастерский и многолетний труд по переводу с санскрита на русский значительного ряда фрагментов этой сутры, который был осуществлен академиком Г.М.Бонгардом-Левиным самостоятельно и с сотрудниками. Однако все же никто не переводил на русский язык — пусть не с языка оригинала — в таком объеме ее главы (хотя тут еще останется много работы: прежде всего — конечно, полный перевод Сутры с китайского языка, а это можно назвать почти языком оригинала. Поскольку целостного санскритского варианта Сутры не сохранилось; автор диссертации использовал перевод на английский, выполненный японцем Косё Ямамото, последователем школы Чистой Земли, что неизбежно накладывает печать этой школы и на сам перевод, мешая объективному восприятию текста. Поэтому очень важен перевод, независимый от каких-либо подобных школ, и тем более помещенный в контекст научных трудов многостороннего историко-лингвистического, этно-политического и социально-культурного комментария (См. литературу в библиографическом списке под номерами 1-3, 18, 24-28, 36, 37).

Новым окажется и то, что автор диссертации рассмотрит «Махапаринирвана-сутру» с точки зрения практики и своего личного опыта буддийского монаха (См. публикации диссертанта в библиографическом списке под номерами 50-52), который вместе с тем — в русле живой традиции — школы Лотосовой сутры, ветвь которой впервые привилась совсем недавно на русскоязычной почве[16].

Научная новизна будет заключаться, поэтому, и в том, чтобы впервые проследить развитие этой живой традиции, «дерево» которой произросло в Японии, — в историческом
российском контексте.

“СУТРА О НИРВАНЕ» ТОЛКОВАНИЕ НИТИРЭНА.do
Microsoft Word документ 364.6 KB