Сюнрю Судзуки

ПРИВЯЗАННОСТЬ, НЕПРИВЯЗАННОСТЬ


То,  что мы привязаны к чему-то прекрасно­му, — это тоже действие Будды.

 

  Догэн-дзэндзи сказал: «Даже когда полночь — уже рассвет, даже если светает — ещё ночь». В этом высказывании выражено понимание, пере­данное Буддой Патриархам, Патриархами — Догэну, а Догэном — нам. День и ночь не есть разные вещи. Одно и то же иногда называют ночью, а иногда — днём. День и ночь — суть одно.

 

Практика дзадзэн и повседневная деятель­ность — суть одно. Мы называем дзадзэн повсе­дневной жизнью, а повседневную жизнь — дза­дзэн. Однако обычно мы думаем: «Теперь дзадзэн кончился, и можно приступить к повседневной дея­тельности». Но такое понимание будет неверным. Они суть одно и то же. Нам не уйти от этого. Так что в действии должен быть покой, а в покое должно быть действие. Покой и действие не есть разные вещи.

 

Каждое существование зависит от чего-то ещё. Строго говоря, не бывает отдельного обособленно­го существования. Просто имеется множество на­званий для единого существования. Иногда делают упор на единство, но это не наше понимание. Мы не будем особо выделять что бы то ни было, даже единство. Единство ценно, но разнообразие тоже прекрасно. Пренебрегая разнообразием, некото­рые делают упор на единое абсолютное суще­ствование, но это одностороннее понимание. При таком понимании имеется разрыв между множе­ственностью и единственностью. Но единствен­ность и множественность — это одно и то же, поэтому единственность должна цениться в каждом существовании. Вот почему мы придаём большее значение повседневной жизни, чем какому-то опре­делённому состоянию сознания. Мы должны видеть реальность каждый миг и в каждом явлении. Это очень важно.

 

Догэн-дзэндзи сказал: «Хотя всё имеет природу Будды, мы любим цветы и не любим сорняки». Это верно в отношении человеческой природы. Но то, что мы привязаны к чему-то прекрасному, — это, собственно, действие Будды. То, что нам не нравят­ся сорняки, это тоже действие Будды. Мы должны знать об этом. Если вы знаете об этом, привязан­ность будет в порядке вещей. Если это привя­занность в духе Будды, то это непривязанность. Так в любви должна быть ненависть, или непривязан­ность. И в ненависти должна быть любовь, или приятие. Любовь и ненависть — суть одно. Мы не должны привязываться только к одной любви. Мы должны допустить и ненависть. Мы должны примириться с сорняками, как бы мы к ним ни относились. Если вы не испытываете любви к ним, то и не любите, если любите — то любите.

 

Обычно вы осуждаете себя за несправедливость к окружающим; вы осуждаете своё отношение не­приятия. Однако имеется едва уловимая разница между обычным способом приятия вещей и нашим способом, хотя в сущности они могут показаться одним и тем же. Нас учат, что нет промежутка между днём и ночью, нет разрыва между вами и мною. Это означает единство. Но мы не выделяем даже единство. Если это одно, нет необходимости выделять это одно.

 

Догэн сказал: «Учиться чему-то — значит позна­вать самого себя; изучать буддизм — значит изучать самого себя». Учиться чему-то не значит овладе­вать какими-то знаниями, навыками, которых у вас не было прежде. Вы знаете ещё до того, как стали учиться. Нет разрыва между «я» до того, как вы узнали нечто, и «я» после этого. Нет разрыва между невеждой и знающим человеком. Глупый человек — это умный человек; умный — это глупый. Одна­ко обыкновенно мы думаем так: «Он дурак, а я умный» или «Я был глуп, но теперь поумнел». Как можем мы поумнеть, если мы глупы? Но в понима­нии, переданном нам от Будды, нет никакой раз­ницы между глупцом и мудрецом. Это так. Но если я начну утверждать это, многие, возможно, поду­мают, что я делаю упор на единство. Но это не так. Мы ничего не выделяем. Всё, чего мы хотим, — это знать вещи именно такими, как они есть. Если мы знаем вещи такими, как они есть, нам не на что указывать; нет возможности удержать что-либо; нет того, что надо удерживать. Мы не можем выделять то или другое. И всё же Догэн сказал так: «Цветок опадает, даже если мы любим его; сорняк растёт, даже если мы не любим его». Даже если это и так, это наша жизнь.

 

Так следует понимать нашу жизнь. И тогда не будет проблем. Оттого что мы выделяем что-то одно, что-то особенное, у нас постоянно бывают неприятности. Мы должны принимать вещи именно такими, как они есть. Так мы понимаем всё в этом мире, так мы живём. Опытное знание подобного рода лежит за пределами нашего рассудочного мы­шления. В области рассудочного мышления имеется разница между единственностью и множественнос­тью; но в реальном жизненном опыте разнообразие и единство — это одно и то же. Поскольку у вас сложилось некое представление о единстве или раз­нообразии, вы стали пленником этого представле­ния. И вашим размышлениям не будет конца, хотя в действительности здесь нет нужды в размышлении. В сфере чувств у нас масса проблем, но эти про­блемы не настоящие; они созданы нами; эти проб­лемы — порождение наших эгоцентричных мыслей или взглядов. Поскольку мы делаем на что-то упор или выделяем что-то, возникают проблемы. Но на самом деле ничего нельзя выделить особо. Сча­стье — это горе; горе — это счастье. В страдании заключено счастье;  в счастье — страдание. Хотя бы нам и казалось, что пути разные,  в действи­тельности они не разные, в сути своей они одина­ковы. Таково правильное  понимание,  переданное нам от Будды.

 

Из книги "СОЗНАНИЕ ДЗЭН, СОЗНАНИЕ НАЧИНАЮЩЕГО"

 

 

СОЗНАНИЕ ДЗЭН.doc
Microsoft Word документ 949.5 KB

Книга «Сознание дзэн, сознание начинающего», впервые полностью публикуемая на русском языке, обращена к тем, кто серьёзно интересуется япон­ским буддизмом и практикой медитации дзадзэн. В основу книги положены беседы известного на­ставника дзэн Сюнрю Судзуки с группой его аме­риканских учеников.

 

Судзуки-роси представлял одно из самых вли­ятельных направлений японского буддизма — школу Сото. Основоположником её был монах Догэн (1200-1253), наиболее яркий из японских философов, глубокий и оригинальный мыслитель, автор многотомных трудов и переводов буддийских трактатов с китайского.