Г. Е. Боков

Т. АЛЬТИЦЕР О ЗНАЧЕНИИ СОПРЯЖЕНИЯ ПОНЯТИЙ «НИРВАНА» И «ЦАРСТВО БОЖЬЕ» В ЭПОХУ «СМЕРТИ БОГА»

Американский мыслитель Томас Джонатан Джексон Альтицер (род. в 1927 г.) известен как ведущий представитель одного из наиболее ярких теологических учений второй половины XX в. — «теологии смерти Бога». Он является автором многочисленных трудов, снискавших ему мировую известность, среди которых прежде всего следует отметить такие книги, как «Радикальная теология и смерть Бога» (в соавторстве с У. Гамильтоном)1, «Евангелие христианского атеизма»2, «Сошествие во ад: изучение радикальной инверсии христианского сознания»3, «Бытие и Апокалипсис: теологическое путешествие к подлинному христианству»4, «Современный Иисус»5. Представляется важным рассмотреть проблему творческой эволюции Т. Альтицера и определить влияние сравнительного религиоведения на формирование его теологической концепции.

Т. Альтицер — выпускник Чикагского университета, теологический факультет которого после Второй мировой войны стал центром сравнительного и феноменологического изучения религии; именно там, на отделении истории религии преподавали И. Вах, П. Тиллих и М. Элиаде. В 1955 г. на этом отделении Т. Альтицер защитил докторскую диссертацию о К. Юнге, посвященную проблеме понимания религии. Несомненно, что еще в студенческие годы он испытал сильное воздействие работ Юнга и Элиаде и под их влиянием обратился к изучению религий Востока. Следует отметить, что с начала 60-х гг. XX века в США резко возрастает интерес к нехристианским конфессиям, и прежде всего к буддизму6. Приобщение к духовному опыту

726

Востока в различных субкультурах, от академических до богемных, начинает восприниматься как одна из магистральных линий «оздоровления» Запада. В это же время возникает «секулярная теология» — влиятельное направление протестантской теологической мысли, кото-рос представляет собой совокупность различных учений, определивших вектор христианского модернизма, подвергающих сомнению многие традиционные положения христианства и активно призывающих к диалогу с «пост-христианским» миром. Среди движений, объединенных в рамках «секулярной теологии», наиболее ярким как раз и была «теология смерти Бога» Т. Альтицера и его единомышленников У. Гамильтона и Г. Ваханяна.

Используя сравнительные методы изучения религий, созданные в первой половине XX в. и развитые Чикагской школой, Альтицер уже в период своего мировоззренческого становления пытался найти точки соприкосновения и пути схождения религий иудео-христианской и индо-буддийской традиций. В 1961 г. вышла его первая книга «Восточный мистицизм и библейская эсхатология»7, а спустя два года вторая — «Мирча Элиаде и диалектика священного»8.

Обращение Альтицера к анализу воззрений М. Элиаде, побывавшего в Индии и призывавшего обогатить западную цивилизацию «духовным опытом» Востока, неслучайно. Оно отражает как духовные поиски самого молодого мыслителя, так и его стремление определить характер диалектики священного и мирского в современном секуляр-ном обществе. Концепция Элиаде, согласно которой человек является homo religious и всегда стремится к актуализации «священного», столкновение или «встреча» с которым описывалась им через категорию «иерофании», оказалась принципиально важной для Альтицера в его философско-теологических поисках.

В апреле 1963 г. в ежеквартальном издании по сравнительному религиоведению «Журнал о религии», издававшемся на теологическом факультете Чикагского университета, Альтицер опубликовал статью «Нирвана и Царство Божье»9. Выход в свет этой статьи и формирование теологии «смерти Бога» как таковой приходится на период, который хорошо известен в США как «эра Дж. Ф. Кеннеди» (1961-

727

деле именно это и сближает буддизм с «эсхатологической формой веры».

Во-первых, Т. Альтицер заявляет, что Царство Божье, будучи «отождествлено с Новым Творением, начало которого должно положить конец всему существующему порядку и структуре мироздания», во времена формирования христианства как религии не связывалось «с рациональным пониманием Бога и мира»20, что было привнесено в христианство лишь во времена патристики. Принципиальное же противопоставление нирваны и сансары предполагает, что первую можно осознать исключительно «во внутреннем мистическом видении или опыте», и, в конечном счете, «и мир, и личность в нем исчезают или растворяются»; т. е. достижение нирваны возможно только «через радикальное преобразование всего того, что человек знает как бытие»21. Но, как считает Т. Альтицер, именно такова была в период раннего христианства, и должна снова стать позиция христианина.

По его мнению, центральная категория христианства была подменена синтезом ветхозаветной идеи Творения и греческой категории космоса и, будучи наделена онтологическим статусом реальности и приравнена к моральной идее блага, оказалась «не просто фрагмент-тарной, но и представляющей собой инверсивную объективацию эсха-тологической веры»22. Продолжая утверждать трансцендентность Бога и после прихода Христа в мир, после Его смерти и Воплощения, представитель традиционного христианства, как полагает Т. Альтицер, не может принять эту действительность как жизнь во Христе, а ищет чего-то иного. Обвиняя же буддиста в нигилизме за то, что тот отрицает мир (сансара) и пытается освободиться от него (через достижение нирваны), христианин на самом деле лицемерит, поскольку в действительности не верит, или не понимает смысл провозвестия о наступлении Царства Божьего через Воплощение.

Во-вторых, Т. Альтицер полагает, что идея исключительности человеческой личности, автономного субъекта, утвердившаяся в западной традиции начиная с эпохи Возрождения, — принципиально постхристианская и порождена секуляризацией западного общества. Следовательно, она противоречит эсхатологической вере приобщения к новой жизни в Иисусе Христе. В этой ситуации, замечает автор, кажется очевидным, что «подлинное христианское существование бли-

730

же к самоустраненной жизненной позиции буддизма, чем к автономной жизни западного человека», и что «все известное нам существование в мире (Dasein) должно быть сведено на нет в подлинной жизни в Иисусе Христе»23.

В-третьих, идея истории, которая формировалась параллельно с западными ценностями и, прежде всего, с идеей автономного субъекта, оказалась лишена эсхатологического смысла — основы христианства, связанного с идей Воплощения Бога, лишившего себя, согласно Альтицеру, трансцендентной формы, когда его бытие стало «плотью истории». Все это, как видится мыслителю, дает нам право утверждать, что отношение буддиста к истории, к миру и человеку, принципиально несовместимое с утвердившимися на Западе взглядами, не отличается от подлинной эсхатологической веры24.

Альтицера не пугает и то, что буддизм — это «атеистическая» религия. Он восклицает: но разве о Боге говорится в эсхатологической вере?! О Боге, который добровольно пошел на смерть? Нет, утверждает радикальный теолог, не о Боге, который есть «Бог конца (света)», а о Царстве Божьем. Обе традиции, буддизм и христианство, движутся к достижению первоначальной и утраченной тотальности, когда сакральное еще не мыслилось отделенным от профанного. Это великие Начало и Конец, слитые воедино, независимо от того, как их называют — Нирвана или Царство Божье. Воплощение Бога — это начало движения по направлению к концу света, и это уничтожение как «действительности» мира, так и «трансцендентности» самого Бога.

Альтицер пишет: «Сансара через высшие мистические прозрения (праджня) и бескорыстное сострадание (каруна) появляется как нир-вана»25. Путь бодхисаттвы, который предполагает отказ от собственного спасения (нирвана) и отождествление со страданием всех разумных существ (сансара) до тех пор, пока все они не достигнут просветления, достигается через полное осознание абсолютного единства нир-мны и сансары, или исконной тотальности. Подобно тому, как для буддизма махаяны бодхисаттва становится высшим идеалом состра-дпния ко всем живым существам, так и для новой теологии осознание «действительного Ничто» есть «ближайшие подступы к Богу»26.

731

Мир, по Т. Альтицеру, — это результат Воплощения Христа в «плоть истории», это актуализация его сущности и отрицание трансцендентной формы бытия через великое самопожертвование, через смерть Бога. Царство Божье есть истинный смысл эсхатологической веры, — это великая цель диалектического синтеза, это абсолютное единство в снятии противоположностей, провозвестие которого объединяет подлинно христианский и буддийский взгляды, потому что понятие нирвана как нельзя более точно передает истинную суть эсхатологии.

Альтицер высказал чрезвычайно смелую идею о том, что христианство должно стать таким же «а-теистическим», как и буддизм. По его мнению, точно также, как по достижении нирваны исчезает санса-ра и обретается понимание их великого синтеза, так и со смертью Христа исчезает трансцендентный Бог, и, через Воплощение в мире и истории, продолжает свое диалектическое развитие по направлению к абсолютному Концу, или Царству Божьему, понимаемому как исконная Тотальность. Способствовать этому — означает признать смерть Бога и утверждать ее посредством приобщения к миру, к истории, к социальной реальности; и этот «христианский атеизм», как полагает Т. Альтицер, есть действительная суть эсхатологической веры.

Таким образом, Т. Альтицер оказался первым теологом, который, используя методы сравнительного религиоведения, не только наметил точки соприкосновения между христианством («эсхатологической формой веры») и буддизмом, но и, именно во многом благодаря этому, построил свою «теологию смерти Бога». Подобный радикальный проект оказался возможным потому, что процессы секуляризации на Западе в третьей четверти XX в. достигли невиданного ранее размаха, и на этой волне осмысление «встречи» различных культур и религиозных традиций оказалось как нельзя более актуальным практически для всех субкультур, особенно в США середины 1960-х гт. Именно тогда и появляется книга-манифест «теологии смерти Бога» Т. Аль-тицера «Евангелие христианского атеизма», в которой получают дальнейшее развитие идеи, высказанные им в статье «Нирвана и Царство Божье».

1 Allizer Т. J. J., Hamilton W. Radical Theology and the Death of God. Indianapolis: Bobbs-Merrili, 1966.

2 Altizer T. J. У. The Gospel of Christian Atheism. Philadelphia: Westminster, 1966.

3 Altizer T. J. J. The Descent into Hell: A Study of the Radical Reversal of the Christian Consciousness. Philadelphia: Lippincott, 1970.

4 Altizer T. J. J. The Genesis of God: A Theological Genealogy. Louisville, Ky.: Westminster John Knox, 1993.

5 Altizer T. J. J. The Contemporary Jesus. Albany, N. Y.: State University of New York Press, 1996.

6 См.: Kitagava J. M. Making a Historian of Religion // Journal of American Academy of Religion. 1968, № 9. P. 599.

7 Altizer Т. J. J. Oriental Mysticism and Biblical Eschatology. Philadelphia: Westmin-ster, 1961.

8 Altizer T. J. J. Mircea EHade and Dialectic of the Sacred. Philadelphia: Westminster, 1963

9 Altizer T. J. J. Nirvana and Kingdom of God // The Journal of Religion. Chicago, 1963, Vol. XLIII, № 2. P. 105-117.

20 Ibid. Р. 108-109.

21 Ibid.

22 Ibid. P. 109.

23 Ibid. Р. ПО.

24 Ibid. Р. ПО.

25 Ibid. Р. 115-116.

26 Ibid. Р. 117.