"Жемчужины подвижнической мудрости" - образец современной исихастской литературы

Архимандрит Ефрем Святогорец. Жемчужины подвижнической мудрости.

 

"Архимандрит Ефрем, ученик Афонского подвижника Старца Иосифа (Исихаста) был старцем на келии Благовещения, также относившейся к Новому скиту. Впоследствии он перешел в монастырь преподобного Филофея Афонского, где был избран игуменом. Ныне он живет в Соединенных Штатах, где ревностно проповедует слово Божие и уже открыл несколько монастырей, в которых является духовником. Братия Филофея принимают своего старца на один месяц каждый год, когда он приезжает из-за океана. Монастырь их тогда наполняется монахами-святогорцами, которые приходят за советом и благословением отца Ефрема.
Настоящая брошюра является переводом части сборника слов и писем старца Ефрема, который братия обители преподобного Филофея составила и издала под общим названием «Отеческие советы». Большая часть этих слов и писем отца Ефрема, адресованных его духовным чадам, на русском языке публикуется впервые."

Цитата:

"Непрестанно бодрствуйте в хранении ума,  потому что от усердия или небрежности зависят жизнь и смерть бессмертной души. Все начинается с воображательной части ума. Нет такого греха или такой добродетели, которые бы не имели своим началом и отправной точкой воображательную часть ума. Следовательно, доброе хранение этого умного начала достигает святой цели спасения."

pearl.pdf
Adobe Acrobat документ 525.4 KB

Исихазм. Из статьи  А. Г. Дунаева в Православной энциклопедии.

 

ИСИХАЗМ [от греч. ἡσυχία, «спокойствие, покой, безмолвие»]. Совр. исследователи (AdnèsHésychasme. 1969; Meyendorff. 1973; idem. 1974; Мейендорф. 1974; ср.: ИАБ, № 1. 530) выделяют неск. значений термина И.:

1) христианская монашеская жизнь, преимущественно отшельническая, ставящая своей целью созерцание и молитву;

2) практика молитвы Иисусовой и особые связанные с ней психофизические приемы;

3) богословие свт. Григория Паламы, имевшее своей целью, в частности, защитить и обосновать практику Иисусовой молитвы;

4) «политический исихазм» — комплекс социо-культурных и политических идей, зародившихся в Византии и распространившихся в слав. странах (правомерность выделения последнего значения вызывает с научной точки зрения большие сомнения; в частности, ср. критику в:Rigo. 2008. PXCIII, Not. 181).

 

Также выделяют ряд значений термина И., вытекающих из перечисленных выше: движения в византийско-славянском монашествеXIIXVI вв.; общецерковные настроения (gesamtkirchliche Gesinnung) в поздней Византии XIVXV вв.; неоисихастская духовность XVIIIXXвв. (включающая в себя т. н. «филокалическое возрождение» в Греции, в Румынии и в России, в т. ч. сочинения свт. Игнатия (Брянчанинова) и «оптинское старчество»); неоисихасткое (паламитское) богословие XX в. (Lilienfeld. 1986).

 

Термин И. в первых двух значениях получил широкое распространение в науч. лит-ре XX в. благодаря трудам ученого иезуита Иринея Осэра (его памяти посвящен 70-й том OCP; см., в частности: Rigo. 2004, а также: Шпидлик. 2007). Среди основных типов вост. духовности И. Осэр выделил 5 направлений: 1) первоначальная духовность (от апостольских времен до прп. Ефрема Сирина); 2) «интеллектуалистская» духовность, представителями к-рой были Климент Александрийский, Ориген, Евагрий Понтийский, прп. Максим Исповедник, синайские подвижники, Никита Стифат, прп. Григорий Синаит и его последователи-исихасты; 3) школа «сверхъестественного чувства», способного, в противовес интеллектуалистской мистике, опытно воспринимать божественные явления (к этому направлению принадлежали автор «Макариевского корпуса», свт. Диадох Фотикийский, прп. Симеон Новый Богослов); 4) школа свт. Василия Великого и прп. Феодора Студита, делавшая упор на практических добродетелях, особенно послушании и братской любви; 5) «исихастская духовность» (типичный представитель­ — Григорий Синаит), выдвигавшая на первый план молитву и психофизическую практику (Hausherr. 1935). По мнению А. Риго, это основное деление вост. духовности на созерцательную и практико-аскетическую и вычленение разных школ в целом соответствовало действительности и имело большое значение. Напротив, более общее выделение 2-х типов созерцательной мистики («евагрианской» и «макариевской»), получившее большое распространение благодаря работам протопр. И. Мейендорфа, подразделившего визант. мистику на евагрианско-неоплатоническую и семитско-библейскую («макариевскую»), и объединение разнородных авторов и течений в едином понятии И. (как и резкое противопоставление отшельнического и общежительного монашества), согласно А. Риго, вряд ли было полезно, поскольку правильнее было бы говорить о разных этапах исторической эволюции (Rigo. 2004. P. 214­–215). Уже на этом этапе И. стал пониматься как частная, но все же весьма объемная область общей мистико-аскетической монашеской традиции (см. статьиАскетизм, Добротолюбие, Монашество), что не способствовало терминологической четкости и привело к расплывчатости значения, если не сводить термин «исихазм» к особой практике Иисусовой молитвы.

 

Распространение термина И. на еще более широкую — политико-культурную — сферу произошло во многом под влиянием авторитета протопр. Иоанна Мейендорфа, занимавшегося, в частности, богословием свт. Григория Паламы и русско-визант. связямиXIVXVI вв. В поисках «идентичности» Православия на Западе в условиях постепенного размывания русской диаспоры и в попытке противопоставить Православие инославным конфессиям, развив историософию рус. религ. мысли и идеи нек-рых правосл. ученых 30–50-х гг. XX в., протопр. И. Мейендорф (к-рому в ряде публикаций последовали в Греции — А.-Э. Н. Тахиаос, а в России — Г. М. Прохоров) создал теоретическую концепцию, выдвигавшую на первый план паламизм и И. с целью подчеркнуть динамизм и своеобразие православия, развивавшегося в последние века Византии и в слав. странах по иным путям, нежели «возрожденческий гуманизм» на Западе, и связать восточную мистику с социально-политической жизнью (включая искусство, см.: ИАБ. № 9. 1342, 1357, 1359, 1448, 1450, 1457; эти и подобные работы представляются недостаточно аргументированными, ср.: ИАБ, № 1. 591; о противоречивых взглядах в совр. науке относительно влияния И. на искусство Болгарии в XIV в. см.: Панчева. 2005). Дальнейшая популяризация подобного представления привела к еще большей размытости понятия «исихазм», ставшего восприниматься практически как синоним «православия». Особое значение здесь имеет творчество С. С. Хоружего, предпринявшего попытку положить И. в основу нового философско-антропологического синтеза, ставящего своей целью дальнейшее развитие правосл. богословия, но на самом деле в принципиальных положениях и выводах ему противоречащего (см.: Дунаев. 2009. С. 579–580).

 

В русле «политического» и «философского» И. в последнее время создан целый ряд работ на рус. языке, претендующих на научный характер (см., напр.: Семаева И. И. Традиции исихазма в русской религиозной философии первой половины XX века: Дисс. / МПГУ. М., 1994. 335 с.; Чернышева А. Н. Философия исихазма и формирование архетипов древнерусского религиозного искусства (эстетический анализ иконописи XIVXVI вв.): Дисс. / МГУ, 1998. 127 с., илл.; Климков Олег, свящ. Опыт безмолвия: Человек в миросозерцании византийских исихастов. СПб., 2000. 83 с.; Скоков С. Н. Идея интуиции в диалоге феноменологии и исихазма: Дисс. / Российский гос. аграрный заочный ун-т. М., 2002. 145 с.; Петрунин В. В. Политический исихазм и его традиции в «Основах социальной концепции Русской Православной Церкви»: Дисс. / МГУ, 2002. 132 с. (изд.: Политический исихазм и его традиции в социальной концепции Московского Патриархата. СПб., 2009); Наделяева Е. П. Традиции исихазма в русской средневековой культуре: Дисс. / МПГУ, 2004. 190 с.; Филиндаш Л. В.Исихазм и его влияние на византийскую и русскую живопись XIVXV вв.: Дисс. / Гос. ун-т управления. М., 2006. 197 с., илл.смтакже:ИАБ. № 9. 1375, 1378, 1422, 1432–1437, 1457).


В направлении поиска гречнациональной и богословской 

самобытности ориентированы труды ХЯннараса и ИРоманидиса 

(см.,напр.: Payne D. P. The Revival of Political Hesychasm in Greek Orthodox Thought: A Study of the Hesychast Basis of the Thought of John S. Romanides and Christos Yannaras: Diss. / J. M. Dawson Institute of Church-State Studies, Baylor University, 2006. 544 p.). Предпринимаются также попытки «вписать» И. в постмодернистское богословие (см., напр.: Flory. 2005).

 

Читать статью полностью