Своеобразие философского учения Джидду Кришнамурти

А.С. Шевченко

Фигура современного индийского мыслителя Джидду Кришнамурти (1896-1986) вызывает немало споров, причиной которых служит неоднозначность восприятия идей этого мыслителя. Его учение до сегодняшнего момента остается недостаточно понято как историками философии, так и его последователями. Перед исследо­вателями его жизни и философии встает большое количество во­просов. Одним из первых приходится решить вопрос о принадлеж­ности Кришнамурти какой-либо философской традиции, но почти всегда ответ на поставленный вопрос звучит неопределенно. Фило­софское учение индийского мыслителя, безусловно, является одним из уникальных учений XX века. Именно в силу своего своеобразия философия Кришнамурти трудно причисляема к какому-либо опре­деленному направлению. По словам Г. С. Померанца, одного из исследователей Кришнамурти в России, «учение, рожденное на индийской почве, впоследствии перенесенное на Запад, становится поистине особенным»[1]. Сложность в определении философской ориентации Кришнамурти, возникает в первую очередь из-за того, что сам мыслитель не только не причислял себя к представителям существующих направлений западной или индийской мысли, но и вообще отрицал любую попытку сравнения или сопоставления сво­их философских идей с идеями любого другого философа. На мой взгляд, все учение Кришнамурти представляет собой прямое про­должение его собственной жизни. «Почти невозможно описать его, так много зависит от его личности», писал Р. Ландау. «Многие учи­теля производят впечатление своим знанием, Кришнамурти — са­мой своей личностью, а не каким-либо особым видом мудрости»[2].

 

Джидду Кришнамурти родился в 1896 г. на юге Индии, в го­родке Маданапалле, в ортодоксальной брахманской семье. Криш­намурти рос слабым и болезненным ребенком, но в 1909 г. его жизнь резко изменилась, когда его случайно увидел один из руко­водителей Теософского общества Ч. Ледбитер: «Ледбитер был по­ражен необычной аурой мальчика, в которой совершенно отсутствовал эгоизм, и сразу предсказал ему будущее духовного учителя. Ледбитер решил, что Джидцу — тот самый человек, которого теософы искали— новый Учитель мира»[3]. Теософы увезли Кришнамурти и его младшего брата в Англию для получения образования. Таким образом, английский язык становится «языком его мысли»[4]. В начале 1911 г. был основан Международный Орден Звезды Востока с Кришнамурти во главе. Перед Орденом стояла задача объединить тех, кто верил в скорое пришествие Мирового Учителя. «Только постепенно — не ранее 1923 г. — начало складываться его собственное отношение к миру, выросшее из его собственных встреч с людьми и впечатлений от событий»[5]. Теософы, охваченные энтузиазмом построения нового мирового порядка, не замечают, что Кришнамурти все дальше отходит от теософского учения. В 1929 г. в Оммене (Голландия), в присутствии трех тысяч членов Ордена Звезды мыслитель объявляет о своем решении распустить Орден. В возрасте 34 лет «Кришнамурти отошел от Теософского Общества, отказавшись от роли нового Мессии во имя проведения своей собственной философии, не связанной с какой-либо ортодок­сальной религией или философской школой»[6]. Отказываясь от роли мирового Учителя, Кришнамурти заявил: «Истина — это страна без дорог: человек не может прийти к ней через организацию, убежде­ния, догму, церковную или ритуальную, философское знание или психологический метод. Он должен найти ее через зеркало взаимо­отношений, через понимание содержания собственного ума, наблюдение, а не интеллектуальный анализ или самоанализ»[7] . Г. Померанц отмечал, что именно «с этого момента меняется внешнее поведение и речь Кришнамурти— он начинает говорить только своими словами»[8]. Местом его постоянного пребывания сначала становится местечко Оджаи в Калифорнии, а затем и поместье на берегу реки Адьяр, на юге Индии. После окончания Второй Мировой войны Кришнамурти много времени проводил в Европе, чаще всего в Англии и Швейцарии. Даже внешне мыслитель не принадлежал определенной стране, хотя он сохранил свое индийское гра жданство. В течение 50 лет он ездил по миру с лекциями и выступал перед многочисленными аудиториями в Индии, США, Европе. Кришнамурти считал, что не имеет значения то, какой у человека пол, место жительства, социальный статус, уровень дохода, потому что проблемы, волнующие людей, относятся к категории вечных». О них он и старался говорить в своих публичных беседах. Он умер в 1986 г., «оставив нам загадочную философию»[9].

 

На мой взгляд, своеобразие философского учения Кришнамурти состоит в том, что оно, в сущности, не является ни восточным, ни западным по своему характеру: это учение, имеющие восточные корни, но представленное на Западе языком, понятным его представителям. «Творчество Кришнамурти— индийское только по истокам; по содержанию оно принадлежит современности в целом. Это своеобразное отражение общих противоречий цивилизации ХХв.»[10].

 

Историки философии как правило испытывают необходимость вписывать любого отдельного мыслителя в общую канву развития философской мысли. Но в случае с Кришнамурти есть уже отме­ченные выше сложности, потому что он — «одна из фигур, стоя­щих на перекрестке, в пункте встречи обеих волн: модернистского нигилизма Европы и традиционного негативизма Востока»[11]. В целом подобное определение идет в противовес его стремлению быть свободным от всякого рода сопоставлений. По словам М. Латьенс, «Кришнамурти сам себя всегда называл «свободным исследователем темы», поэтому мы можем назвать его просто мыслителем и философом»[12].

 

Один из главных принципов философского учения Кришнамурти — стремление к свободе от любых авторитетов. Если мы хотим быть счастливыми, то мы должны быть свободными. Наш ум должен быть свободен от всяких образов, концепций и идеалов; между тем, внешние авторитеты влияют на ум и формируют eto. Мы ищем человека, который сказал бы нам, как жить, как поступать в каждой конкретной ситуации, во что верить. Мы надеемся, что он расскажет нам правду, но это ложный путь. Кришнамурти отрицал любой авторитет. Он не хотел, чтобы из него делали учителя, говорящего о том, кому и что делать, не хотел последователей: «Я ничему не учу вас, я только держу фонарь, чтобы вам было лучше видно, а захотите ли вы увидеть — ваше дело»[13]. Мыслитель утверждал, что каждый человек может найти истину только самостоятельно, поэтому в его учении последовательно отрицается любая форма внешней религии.

 

Кришнамурти говорил о том, что источником всех социальных и психологических проблем в обществе является человек: «Вы есть общество» («You are the society»). Человек — это общество, в котором он живет. Окружающий мир зависит только от конкретного человека. Но каждый из нас разделяет себя на «наблюдающего» (эго) и «наблюдаемое», и на основе этой разделенности выстраивает свои отношения с другими людьми. Человек не может понять, кто он по своей сути, и поэтому пытается отождествить себя со своими чувствами и эмоциями. Кришнамурти утверждал, что на самом деле нет никакого разделения между «наблюдающим» и «наблюдаемым»: они едины. «Наблюдающий есть наблюдаемое! Реальность — это когда нет разделения между мыслящим и мыслью»[14]. Каждый человек должен научиться просто смотреть за тем, что происходит внутри него, не разделяя это.

 

Кришнамурти признавал возможность единственного измене­ния в человеке — внутреннюю революцию «здесь и сейчас». Всю историю люди старались сделать мир лучше в поисках любви, счастья и процветания, но они не преуспели в этом, совершая фундаментальные изменения во внешнем мире. Все внешние изменения лишь замена одной системы верований на другую, одних знаний на другие, что не меняет человека фундаментально. Согласно Криш­намурти, так будет происходить всегда, пока люди не захотят совершить полную трансформацию в своем уме. Изменения может совершить человек только самостоятельно «здесь и сейчас», и тогда внутренние изменения повлекут за собой внешние. «Если человек не меняется коренным образом, внося в себя существенные изменения, не посредством бога, не посредством молитв — все это примитивно, незрело — он разрушает себя, сейчас возможна психологическая революция — сейчас, а не через тысячу лет...»[15].

 

Интересна концепция времени у Кришнамурти. Время в его  философском учении соотносится с конкретным человеческим сознанием, с осознанием человеком самого себя. Время наполняется различным содержанием, точно так же, как сознания отдельных людей заполняются индивидуальными переживаниями, воспомина­ниями и знаниями. Кришнамурти отмечает в своих беседах, что время по своей природе имеет два аспекта: хронологический и психологический. С одной стороны, время как «вчера», отмеренное часами, с другой стороны, — как «вчера», запечатленное нашей памятью. Время в его психологическом аспекте определяется им как «результат деятельности нашего ума», как «акт памяти, осуществляющей воссоединение вчерашнего дня с днем настоящим»[16]. Мы должны прекратить соотносить свою жизнь с психологическим временем, что означает перестать нести с собой в завтрашний день груз прошлых проблем. Каждый день мы должны воспринимать непосредственно, без искажений памяти, для чего необходимо остановить накопление различных реакций.

 

Самая главная тема, к которой Кришнамурти неоднократно об­ращался во время своих публичных выступлений, — тема постоянного конфликта между внутренним и внешним. Этот конфликт яв­ляется доминирующим фактором нашей жизни. Люди на протяже­нии всей жизни пребывают в нем, и все попытки избавиться от него мыслитель называет лишь бегством от «того, что есть».

 

Для объяснения и популяризации своих идей Кришнамурти использовал не категории западной или индийской философии» а образы; он создал собственный язык описания. Единственной целью всей философии Кришнамурти было полное изменение человека, с тем, чтобы тот был свободен. Мыслитель пытался показать, что именно радикальная трансформация каждого индивидуума В отдельности изменит и наше общество в целом. В своих выступлениях Кришнамурти часто повторял следующие слова: «Мы все стремимся изменить мир. Но никто не хочет начать с самого себя. Мы стремимся реформировать сложившиеся условия, но фундаментальные изменения сначала должны произойти в нас самих»[17].

 

Так в общих чертах выглядит философское учение Дж. Кришнамурти, являющееся в равной степени наследием как восточной философской мысли, так и западной.

 

 


[1] Померанц Г. С. Кришнамурти и проблема религиозного нигилизма // Идео­логические течения современной Индии. М.: «Наука», 1965. С. 142.

[2] Landau R. God is my adventure. L., 1964. P. 219.

[3] Померанц Г. С. Указ. соч. С. 139.

[4] Там же. С. 139.

[5] Латьенс М. Жизнь и смерть Кришнамурти. М.: КМК, Лтд., 1993. С. 42.

[6] Там же. С. 5.

[7] Там же. С. 62.

[8] Померанц Г. С. Указ. соч. С. 139.

[9] Померанц Г. С. Указ. соч. С. 152.

[10]Там же. С. 154.

[11]Там же. С. 154.

[12]Латьенс М. Жизнь и смерть Кришнамурти. Указ. соч. С. 6.

[13] Кришнамурти Дж. Беседы в Париже. М., 1997. С. 21.

[14] Там же. С. 40.

[15] Кришнамурти Дж. Проблемы жизни. М., 1993. Т. 1. С. 202.

[16] Krishnamurti J. The first and last freedom. San Francisco, 2001. P. 240.

[17] Authentic reports of twenty-five talks given by Krishnamurti in Latin America. Ojai, 1935. P. 19.

 

По материалам научной конференции "Вторые Торчиновские чтения. Религиоведение и востоковедение." С.-Петербург, 2005 г.