Опыт психологического анализа соотношения сакрального и эстетического начала одной буддистской инсталляции

Фото Дмитрия Юрочкина
Фото Дмитрия Юрочкина

Гуружапов В. А.

Опыт психологического анализа соотношения сакрального и эстетического начала одной буддистской инсталляци

У входа в Национальный парк «Алханай» в Забайкальском крае находится так называемое Большое Алханайское обоо. Вокруг него 13-го числа серединного летнего месяца по лунному календарю проводится ежегодный обряд в целях сакральной организации благополучия для всех жителей Агинской степи посредством силы буддийской веры. В остальное время это место постоянно посещают буддистские паломники и туристы. Объект состоит из 53 каменных построек двух типов. Первый — это собственно обоо — разновеликие овальные каменные кучки, составленные из гальки и кусков дикого камня, скрепленных между собой раствором, а снаружи покрытые аккуратным слоем белой извести («мунханы» по терминологии краеведа и знатока Алханая С.М. Ешисамбуева). Второй — это прямоугольные каменные сооружения для ритуальных костров, выложенные из плоских плиток дикого камня в форме колодцев («байпуры»). Когда данное место было совершенно открытым, то зрительно мунханы и байпуры, наверно, воспринималось как единый комплекс. В настоящее время данное место заросло соснами и мунханы стали восприниматься как самостоятельная композиция. О ней и будет идти речь.

 

С точки зрения современного искусствознания обоо (композицию мунханов) можно назвать инсталляцией. Я показывал фотографии этой композиции людям, которые интересуются изобразительным искусством, и все воспринимали ее как объект абстрактного искусства, созданный современным художником. Вместе с тем, Алханайское обоо было воздвигнуто по проекту буддистского монаха Намнай-багши (в другой транскрипции Намнанэ -бакши) еще в 1891 году. Уже более 120 лет оно восхищает людей разного образования и социального положения величественностью простых форм, хотя по размерам и невелико — высота главного мунхана всего чуть более 4-х метров. И этот феномен массового принятия «абстрактной композиции» чрезвычайно интересен для психолога. Попробую высказать несколько предположений относительно психологических механизмов такого отношения массового зрителя к объекту, аналогичному по форме произведениям «современного абстрактного искусства».

 

Прежде всего, необходимо отметить единство сакрального и эстетического начала в восприятии нашего объекта. Даже если человек не является приверженцем доктрины буддизма, он все равно изначально с уважением относится к Алханайскому обоо. Здесь работает принцип: все уважают и у меня нет причин не уважать это. Данный настрой очень важен. Не уверен, что здесь работает принцип психологической установки. Скорее архетипы К.-Г.Юнга могут быть использованы для анализа природы этого феномена. Тем более, что сам К.Юнг был знаком с доктриной северного буддизма, и даже написал комментарий к «Тибетской книге мертвых». Видимо, рассматриваемый феномен свидетельствует о том, такое явление как «соборная душа» не только имеет место как социальная реальность, но и имеет определенные психологические корреляты в индивидуальном сознании. К сожалению, пока мы не можем сколь-нибудь глубоко проникнуть в существо этого явления. Полагаю, это феномен не может быть проанализирован в рамках одной из существующих психологических теорий. Нужна интеграция нескольких теорий, например, культурно-исторической психологии с психологическим анализом и гештальттеорией. Этого пока нет.

 

Поэтому пока заострим внимание на тех аспектах феномена, которые можно проанализировать в традициях культурно-исторической психологии (Л.С. Выготский, А.Н. Леонтьев, А.Р. Лурия и их последователи). Соответственно сакральные аспекты будем рассматривать с точки зрения культурной паломнической практики освоения данного объекта.

Обоо включено в паломническую тропу на уникальный природный культовый комплекс — горный массив Алханай, который входит в число пяти самых популярных и почитаемых святынь северного буддизма. Маршрут этой тропы выверен многими поколения паломников. Важен не только объект восприятия, но и способ (маршрут) движения к нему. Способ восприятия и способ движения здесь соединены. Человек, постепенно подходя к святыням, настраивается на определенный способ восприятия объекта почитания. Можно предположить, что определенная последовательность перемещения позволяет освободиться человеку от посторонних намерений, переживаний, образов.

 

Горный массив Алханай представляет собой место с уникальным сочетанием геофизических, климатических и прочих природных факторов. Уже на подъезде к нему люди ощущают душевный подъем, улучшается их самочувствие. По моим ощущениям все начинается с некоторого стресса. Забываешь обо всем, и начинаешь прислушиваться к своим ощущениям. Это способствует освобождению от суеты повседневных забот и мыслей.

 

И вот на фоне такой очищенности от индивидуальных событий жизни и включенности в культурно выработанный поколениями маршрут движения перед тобой вдруг предстанет необычный объект. Хотя обоо можно было бы заметить издалека, но все равно осознаешь, что видишь его целиком неожиданно. Психологически важное наблюдение — в этой неожиданной ситуации объект не эпатирует тебя, а вынуждает сосредоточиться. И далее паломник начинает действовать по уже отработанным правилам практики паломничества. Ему нужно выполнить предписанные действия: обойти обоо три раза, завязать на дереве или столбе хадак (голубой шарф) и т.д. В результате ты как бы соединяешься с объектом. Мыслей конкретных нет, но о чем-то постоянно думаешь.

 

Интересен эффект отсроченного действия. По происшествии некоторого времени я испытал чувство благодарности к местным жителям, которые в бурных событиях 120 лет, в перипетиях истории, смены власти, общественно-экономических формаций сохранили Алханайское обоо в первозданным виде.

 

Выводы. Мне видится важным, что композиция форм обоо изначально не преследовала цели эпатажа, а предназначалось для достижения эффекта сосредоточенности. Этот эффект достигается не только формой объекта, но и способом его визуального освоения, в частности в движении. При этом большое значение имеет стрессовый фактор, связанный с природными условиями существования и восприятия данного объекта. Это позволяет освободиться от мелочей повседневности. Практика визуального освоения обоо опирается на возможность воспроизведения определенной культурной традиции, и эта традиция опирается на ощущение общности людей. Можно сказать, что процессы эстетические переживания от восприятия Алханайского обоо происходят по схемам формирования феноменов теоретического сознания (в терминологии В.В.Давыдова).

 

Практика паломнического освоения Алханайкого обоо показывает, что восприятие инсталляций современного абстрактного искусства вполне доступно массовому зрителю по существу. Этот опыт показывает, что проблемы восприятия современного искусства связаны не только с недостаточным культурным уровнем массового зрителя, как это пытаются представить многие культурологи и менеджеры от искусства. Современные авангардно настроенные художники переоценивают значение эпатажа, и недооценивают роль факторов сосредоточенности и чувства общности людей. Вместе с тем, в организации современного визуального пространства художники и дизайнеры переценивают значение повседневности в понимании художественных инновационных идей . Они не прорабатывают целенаправленно вход людей в свое искусство, а сами хотят обязательно вторгнуться в привычную обыденную жизнь людей, недостаточно учитывают меру в соотношении традиционных и авангардных форм, а в результате не могут им рассказать о своем сокровенном.

 

В заключение хочу описать одно мое впечатление, которое не поддается психологическому анализу. Непонятно, почему я думал на горе Алханай не о чем-то конкретном, а думал, вообще. Что это было за состояние, не ясно. В это время на обоо вдруг начал парить орел. Он вынудил меня посмотреть в небо. Теперь в моем представлении об Алханайском обоо мунханы и парящая в небе птица соединились неразрывным образом.

Орел сопровождал нас до самого выезда с территории национального парка. Потом он опустился на обочину дороги, как будто провожал нас. Невозможно было оторвать глаза от этой гордой птицы. Когда мы отъезжали с территории обочины, орел опять взмыл в воздух. Мой племянник сказал, что это был хороший знак.

 

 

По материалам Международной научно-практической конференции, посвященной 215-летию Герценовского университета "Преемственность психологической науки в России: традиции и инновации"  — СПб.: Изд-во РГПУ им. А.И. Герцена, 2012.

Гуружапов Виктор Александрович - доктор психологических наук, профессор, старший научный сотрудник Третьяковской галереи, заведующий кафедрой педагогической психологии факультета психологии образования Московского городского психолого-педагогического университета. Лауреат премии Президента РФ в области образования, заместитель главного редактора научного журнала «Психологическая наука и образование», член редколлеги журналов «Психологическая наука и образование» и «Культурно-историческая психология».